Все о Москве.

Москва Седмохолмная.

После того, как распространились мысли о Третьем Риме в Москве, явилась надобность доказать, что Третий Рим — Москва и по своему зачалу (началу) не отдаляется от двух своих собратий, т.е. является Седмихолмным и Седмихолием.

Известно, как Царь Константин Великий сооружал Царьград (Константинополь). Придя в Византию, он увидел на том месте семь гор; и повелел те горы срыть и выровнить место для будущего города. Потом повелел размерить местность на три угла, во все стороны по семи верст.

Топографическое расположение Москвы в действительности представляет как бы очень холмистую местность, где легко обозначить не только семь, но и более разнородных холмов. По-видимому, эта мысль о семи московских холмах уже ходила в народе с того времени, как было составлено приведенное выше сказание о Третьем Риме. Один из иноземных путешественников в Москву, Яков Рейтенфельс, еще в семидесятых годах XVII столетия упоминает уже о семи холмах и пишет, между прочим, что "Город (Москва) расположен на семи средних по высоте холмах, кои тоже не мало способствуют наружной его красоте". Другой путешественник Эрколе Зани (1672) тоже повествует, что город "заключает в своей окружности семь холмов".

Иностранцы едва ли могли сосчитать Московские холмы, не очень явственные и для тутошних обывателей, а потому, несомненно, они записали только ходячие сведения у тогдашних грамотных москвичей, которые очень хорошо знали свои урочищные горы, например, Красную горку возле университета, Псковскую гору в Зарядье, Гостиную гору у Николы Воробино, Лыщикову гору на Воронцове, Вшивую при устье Яузы и т. д. и по этим горам могли насчитать полных семь гор или семь холмов. Однако нам не встретилось никаких указаний на такое старинное перечисление Московских холмов.

В наше время разговоры о семи холмах особенно настойчиво были проводимы известным историком Москвы И.М.Снегиревым. В разыскании московских семи холмов принимали участие естествоиспытатель Фишер фон Вальдгейм, журналист Сенковский, историк Погодин.

Вероятно, при содействии Снегирева естествоиспытатель Фишер в месторасположении города нашел именно семь холмов, маковицы которых, т. е. самые высокие места, он указывает — для первого холма колокольню Ивана Великого. Другие маковицы находятся: для второго холма на Покровке церковь Успения Богоматери, для третьего — Страстной монастырь, для четвертого — Три горы, для пятого-Вшивая горка; для шестого-Лафертово (Лефортово), т. е. Введенские горы, и, наконец, для седьмого холма местность от Нескучного до Воробьевых гор. Погодин вместо Трех гор указывал возвышенность от Самотеки и Трубы к Сухаревой башни. Сенковский насчитал девять холмов, полагая Три горы за три холма.

Москва, действительно, лежит "на горах и долинах", но эти горы и долины образовались собственно от потоков ее рек и речек. В сущности же, в общем очертании Москва большею частью занимает ровную местность, что замечали и иностранные путешественники еще в XVI столетии. В ее черте нет даже таких перевалов, какие находятся, например, в ее ближайших окрестностях под именем "Поклонных гор". Горы и холмы Москвы суть высокие берега ее рек; долины и болота — низменные, луговые их берега; таким образом, эти горы будут горами только в относительном смысле. Кремль - гора в отношении к Замоскворечью, так как местность Ильинки или Варварки - гора в отношении к низменному Зарядью; Маросейка в отношении к Солянке (Кулишкам); но и Кремль, и Ильинка, и Маросейка суть ровные места в отношении к Сретенке, Мясницкой и т. д."

В заключение приведем названия семи московских холмов, чаще всего встречающихся в современной литературе: Боровицкий (Кремлевский), Сретенский, Тверской, Трехгорный, Швивая горка, Лефортовский и Воробьевский.

Статья основана на материале из книги Забелин И.Е. История Москвы: Репринт. изд. 1913 года. - М., 1990.

Другие статьи об истории Москвы >>